Белые амадины

Возле нашего дома появилась афиша, такая красивая и яркая, что мимо нее невозможно было пройти равнодушно. На ней были нарисованы разнообразные птицы и написано: «Показ певчих птиц». И я сразу решил, что обязательно схожу посмотрю, что это за новости такие.



И в воскресенье, часика в два дня, собрался, оделся и позвонил Мишке, чтобы и его захватить с собою. Но Мишка проворчал, что у него двойка по арифметике — это раз и новая книжка про шпионов — это два.



Тогда я решил отправиться сам. Мама меня отпустила охотно, потому что я ей мешал убирать, и я поехал. Певчих птиц показывали на Выставке достижений, и я туда легко добрался на метро. У касс почти никого не было, и я протянул в окошко двадцать копеек, но кассирша дала мне билет и вернула десять копеек обратно за то, что я школьник. Это мне ужасно понравилось. Получилось, как будто мне платят за то, что я учусь в третьем классе, десять копеек с билета! Это здорово! Это просто прекрасно! У меня десять копеек осталось! А я и не знал про такую скидку! Теперь, пожалуй, с такими-то законами, мне надо будет почаще ходить на разные выставки и показы! Ведь так можно и на фотоаппарат накопить! Например, если аппаратик стоит сорок рублей, то мне, очень просто, надо сходить на четыреста выставок, и дело в шляпе! Полный порядок. У меня будет фотоаппарат! Это меня очень развеселило, и я шел к птицам в самом лучшем настроении. Вокруг стояли разные дома, то похожие на терема, то на дворцы, а то и вовсе ни на что не похожие. Это все были павильоны выставки.



Тут же некоторые папы и мамы катали своих ребят на тройках, потому что в это время здесь проходил Праздник зимы, и было катание на лошадях и оленях. Жалко только, очередь на катание была чересчур длинная, и я хотя и постоял в ней немного, но быстро сообразил, что если дело так будет двигаться, то я, может быть, прокачусь недельки только через полторы, а мне уж очень хотелось посмотреть певчих птиц. Поэтому я помахал рукой оленям и лошадям и пошел дальше. А около павильона, на котором было написано «Электроника», я устал. Тогда я спросил у прохожей девушки:



— Скажите, пожалуйста, далеко еще до певчих птиц?



Она показала рукой:



— А вот рядом, видишь павильон? На нем написано «Свиноводство». Там твои птицы. Иди скорей.



И я пошел в павильон «Свиноводство». Как только я открыл дверь, я понял, что не зря приехал сюда. Вокруг меня, по стенам, со всех четырех сторон, чуть ли не до потолка, одна за другой, как кубики, стояли маленькие клеточки. И в каждой клеточке жила птичка. И они все вместе пели. Хором. Но каждая свое. Кто «чирик-чирик», кто «фью-фить-фью», кто «чеки-щелк», а кто и «пи-пи-пи». И все вместе было похоже на наш класс утром, до прихода Раисы Ивановны, мы тогда тоже галдим, всякий на свой лад. И потом, эти птицы были такие красивые, что я себе даже представить такого не мог. Я близко таких еще не видел. Близко я видел только воробьев. Воробьи, конечно, очень красивые и симпатичные, ничего не скажешь, но тут собрались просто какие-то невиданные чудеса. Например, тут был снегирь. Важный, сытый, круглый, ни дать ни взять мыльный пузырь, если ты его выдуваешь на заходе солнца, когда оно красное. Тут же были и крючконосые клесты, и щекастые синички, и славочки, такие свежие и пухлые на взгляд, что, кажется, прямо живую бы съел… шутя, конечно… Иволга тоже была крупная и зеленая, как болото, и черные ученые дрозды. И целый коридор занимали голуби. И они хотя и не певчие, но их, видно, со всякими диковинками сюда поместили уж заодно. Потому что если голубь якобин, так это не хуже любой другой птицы по красоте. Он похож на астру и бывает разных цветов: белый, и лиловый, и коричневый. Удивление! А монахи с черными хвостами! А драконы с жуткими глазами! А почтовые, которые летают со скоростью «Волги»! Восторг!



И еще из непевчих, но поразительных птиц здесь в большущих клетках сидели две попки. То есть два попки. Или нет! Двое попок! Вот. Один был белый, большой, назывался какаду. У него нос был как консервный ножик-открывалка, а из темечка рос целый пучок зеленого лука. А второй был кубинский амазон. Кубинский! Зеленый! А на груди красный галстук, как у пионера. Он все время на меня смотрел, а я ему улыбался, чтобы он знал, что я ему друг. Но это все было еще не самое главное в этом замечательном павильоне. Дело в том, что там был небольшой угол, и, постепенно переходя от клетки к клетке, я добрался и туда, совершенно еще не зная, что тут-то оно вот и есть, тут-то вот и хранится самое главное несметное сокровище.



Здесь стояли целые толпы народа. И люди отсюда никуда не отходили и не шумели совсем, а стояли плотными рядами. И я, конечно, стал потихоньку ввинчиваться в эти толпы и постепенно провинтился поближе к самому главному. Это были птички амадины. Маленькие-маленькие, белые снежки с блестящими клюквенными клювиками и величиной с полпальца. Откуда они взялись? Они, наверное, нападали с неба. Они, наверное, были осадки, а потом ожили, вышли из сугробов и давай летать-гулять по нашим дворам и переулкам перед окнами, и наконец впорхнули в этот павильон «Свиноводство», и теперь устали и сидят, каждая в своем домике, отдыхают. А люди стоят перед ними целыми толпами, молча и недвижно, и любят их изо всех сил. Да, да. Все любят. Единогласно. И тут одна тетка с золотым зубом сказала ни с того ни с сего:



— Ну, какие маленькие… Худые… Куда их…



И все на нее оглянулись сурово, а один дедушка скривил рот и ядовито проговорил:



— Конечно, курица — она толш-ше…



И все опять сурово посмотрели на теткин золотой зуб, а она покраснела и ушла. И все мы, кто стоял тут, поняли, что тетка не в счет, потому что она не из нашей компании. И мы так молча стояли еще долго-долго, и я все не мог наглядеться на этих птиц. Они, видно, были с какого-то седьмого неба, из волшебной жизни, про которую писал Андерсен. Такие они были маленькие, слабые и нежные, но, видно, в том-то их и сила была, у маленьких и слабых, что мы стояли как вкопанные перед ними все — и дети и даже взрослые. И, наверное, мы бы никогда отсюда не ушли, но в это время по радио чей-то голос сказал:



— Внимание. Сейчас в павильоне номер два будет проведен конкурс певчих кенарей, начало через десять минут! Просим перейти во второй павильон!



И дедушка, который отбрил тетку, сказал, словно встряхнувшись:



— Надо идти… Семеновских певцов послушаем. И ушаковских тоже. — Он тронул меня за плечо: — Пошли, мальчик…



И сам двинулся вперед, и я увидел, что у него валенок сзади прохудился и оттуда торчал пучок соломы.



А во втором павильоне был маленький зал, сцена и стулья. А на сцене, сбоку, стояла кафедра-трибунка для докладчика, а в центре — стол, за который сразу уселись судьи птичьего пения. И я очень удивился, что дедушка, который отбрил тетку, сел в середине этого стола. Оказывается, он был тут главный; я не знаю, но все, кто садился с ним рядом, здоровались с ним за руку и вообще оказывали ему почет. И когда все утихло, этот дедушка сказал:



— Ну, Семенов, давай, что ли…



И откуда-то вышел высокий дядька с орденскими колодками на груди — двенадцать штук наград, я сосчитал. У него в руках был плоский чемодан. Он его открыл. В чемодане было полно маленьких клеток, и в них были канарейки. Он вынул одну клеточку, в ней прыгал желтенький лимон. Семенов поставил эту клетку на кафедру-трибуну, и у Лимончика стал такой вид, как будто он и впрямь серьезный докладчик, но раз до доклада у него есть еще минут пять свободных, так он пока попрыгает. Все сохраняли тишину и ждали, когда Лимончик запоет. Но он и не думал петь. Он все прыгал и трепыхался. Кто-то сзади меня шепнул:



— Если через десять минут не запоет, снимут с конкурса. Вот тебе и Семенов.



А Лимончик все прыгал туда-сюда, потом уже было решался, открывал клювик, но, словно дразнил всех нас, не начинал петь и снова прыгал по-всякому. Мне уже надоело его ждать, и я хотел уйти, но главный дедушка вдруг сказал, и опять ядовито:



— Ну что, Семенов, запоет он когда-нибудь? Или стесняется? А может, он сегодня не в настроении?



Все засмеялись негромко, а на бедного Семенова жалко было смотреть. Он весь вытянулся к своему Лимончику и стал вдруг ему тихонько так подсвистывать на букву «С»:



— Ссссс… Сссс… Ссссс…



Лимончик внимательно к нему прислушался, посмотрел на него своим блестящим глазком, видно, узнал, раскрыл клювик, но снова раздумал и опять запрыгал как ни в чем не бывало. Дедушка тут же сказал — ему, наверное, нравилось ехидничать:



— Он не в голосе…



От этих дедушкиных слов Семенов чуть не заплакал. Он вынул спичку и стал скрести ею о коробок. Лимончик никак на это не отозвался. Чихать ему было на спичку. Тогда дедушка рукой подал знак, чтоб Семенов перестал скрести, и сам наклонился к Лимончику, и вдруг еле слышно… чирикнул! Да! Он чирикнул, а Лимончик как будто только этого и дожидался, весь встрепенулся, вытянулся, напрягся, похудел и запел!



Он пел долго-долго, взахлеб, свистел горошком, и тянул прямо в одну линию, и по-всякому, как в стихе, «на тысячу ладов тянул, переливался», и все больше худел, когда пел, словно таял, и все это время, пока он пел, я пел вместе с ним, только про себя, изнутри. Я пел вместе с Лимончиком и видел, какое счастливое и красное лицо у Семенова, а у дедушки, наоборот, гордое и ехидное. Это он задавался, что он один сумел заставить птицу петь. И когда Лимончик наконец замолчал и все захлопали, дедушка откинулся на спинку стула и сказал небрежно:



— Золотая медаль! Убирай, Семенов! Перерыв.



И Семенов снял Лимончика с кафедры и спрятал и чемодан. И было видно, что у него дрожат руки. А все вокруг встали, зашумели и пошли курить.



И в эту минуту я подумал, что хорошо бы рассказать про все эти дела своим, и я, не долго думая, побежал на метро, а когда очутился дома, папа и мама уже ждали меня. Папа сказал:



— Рассказывай. Понравилось?



Я сказал:



— Очень!



Мама испугалась:



— Что это за голос? Что с тобой? Почему ты сипишь?



Я сказал:



— Потому что я пел! Я сорвал голос и вот осип.



Папа воскликнул:



— Где это ты пел, Козловский?



Я сказал:



— Я пел на конкурсе!



— Давай подробности! — сказала мама.



Я сказал:



— Я пел с канарейкой!



Папа прямо закатился.



— Воображаю, — сказал он, — какой был успех! На бис-то вызывали?



— Не смейся, — просипел я, — я пел про себя. Изнутри.



— А! Тогда другое дело, — успокоился папа, — тогда слава богу!



Мама положила мне руку на лоб:



— А как ты себя чувствуешь?



— Прекрасно, — сказал я еще более сипло и ни с того ни с сего добавил: — А Лимончик получил золотую медаль…



— Он заговаривается, — чуть не плача сказала мама.



— Просто он переполнен впечатлениями, — объяснил папа, — дай ему горячего молока с боржомом. Мне действует на нервы этот сип…



… А ночью я долго не мог заснуть, я все вспоминал этот необыкновенный день: наполненный чудесами павильон «Свиноводство», и дедушку, и тетку, и Семенова, и Лимончика, и самое главное — перед моими глазами все время летали маленькие и легкие снежинки, белые амадины, они прямо вклеились мне в сердце, эти клюквенные клювики, и я лежал, глядел в темноту и знал, что теперь уж никогда их не забуду.



Не смогу.

Читать также сказки на букву «Б»: Баба-Яга, Бедняк и смерть, Бабка-шептуха, Былинка и воробей, Белоснежка и семь гномов, Белоснежка и Краснозорька, Белая змея, Бременские музыканты, Бузинная матушка, Бей, валек!, Баба-Яга и ягоды, Бабушка, внучка да курочка, Барин и плотник, Бедный мужик, Белая уточка, Битый небитого везет, Бобовое зернышко, Бычок – чёрный бочок, белые копытца, Бородка, Братец Куст, Белый голубок, Белый медведь король Валемон, Бармалей, Барабек, Бутерброд, Бебека, Белка и волк, Большая печка, Богатырёва рукавица, Бульон из камня, Бык Кардил, Благодарная змея, Белья-Флор, Благодарная рыба, Боли, Браслет вождя, Бродяга и джинн, Буки-сирота, Барсук и лисёнок, Бабочка, Белый камешек, Бей, дубинка!, Бедняк и Счастье, Бык, осел и лиса, Братья, Блоха и профессор, Бутылочное горлышко, Безумец и мудрец, Безумный продавец мудрости, Бесхвостая лисица, Боги и Зевесов сын, Больной лев и лисица, Больной олень, Белоснежка, Боги и герои, Боги и герои: Аргонавты, Боги и герои: Дедал и Икар, Боги и герои: Кеик и Алкиона, Боги и герои: Нарцисс и Эхо, Боги и герои: Орфей и Эвридика, Боги и герои: Персей, Боги и герои: Подвиги Геракла, Боги и герои: Прометей, Боги и герои: Тесей, Боги и герои: Фаэтон, Беличья память, Белый ожерелёнок, Берестяная трубочка, Бесценный камушек, Батрак, Богатырь Байкал, Будэнэ и журавль, Благодарный заяц, Бурая корова, Батыр, сын медведя, Бедняк и Бог, Богатырь-женщина, Бык-великан, Баран, Боролдой-Мерген и его храбрый сын, Богач и пастушок, Брат и сестра, Братья-охотники, Бедняк и бохолдой, Будамшу, Будамшу Даа, Будамшу Даа и поп, Башмаки, Бедняк и два бая, Бизнес крокодила Гены, Баба-Яга и заморышек, Баба и два солдата, Баба-Яга и жихарь, Баба-Яга и Лутонюшка, Бабка и медведь, Байка про старину стародавнюю, Байка про тетерева, Балагурная сказка, Балдак Борисьевич, Барин и гусак, Барин и жена, Барин и мужик, Барин и собака, Барин и староста, Барин лает в церкви, Барин–кузнец, Барин–слуга, Барские гуси, Беглый солдат и черт, Бездольный, Беззаботная жена, Безногий и безрукий богатыри, Безногий и слепой богатыри, Безногий и слепой богатыри, Береза и три сокола, Беспамятный зять, Бесстрашный, Бирюк и коза, Болтливая баба, Большой дом из одного кирпичика, Брат и сестра, Братья охотники, Брито - стрижено, Брысь, окаянная, брысь!, Булат-молодец, Буренушка, Буря-богатырь Иван коровий сын, Бухтан Бухтанович, Богатырева рукавица, Бриф! Бруф! Браф!, Бегство Пульчинеллы, Большая морковка, Бабушка, Блуждающие огоньки в городе, Большой морской змей, Бронзовый кабан, Бедный Богач, Безбожник, Белка (В деревне, в праздник, под окном...), Белка (У Льва служила Белка...), Богач и поэт, Бочка, Бритва, Булат, Булыжник и Алмаз, Бумажный Змей, Баран-непомнящий, Бедный волк, Богатырь, Баба и курица, Биннори, Белая дама, Бабузе, Бадхланьяна и людоед, Банго а Мусунго, Бедняк и его красивая жена, Болезнь Льва, Бонгопа-Камагадхлела, Бурундук и гиена, Багрибакса, Байгуш, Байская дочь и плешивый, Беда, Биранхылу - дочь бире, Булансы-Мэргэн, Броненосец тату-мулита, Бременские уличные музыканты, Бесконечная сказка, Благочестивая разбойница, Блинчики, Белая одежка, Бедная вдова и клад, Бешт и разбойники, Белая форель, Бой Кухулина с Фердиадом, Бросай еловый корень - хватай лисий хвост!, Большая кошка из Довре, Братья-обманщики, Бес, медведь и портной, Байский сын и три мешка, Бай и казий, Бай и батрак, Бозбала, Бадал-богатырь, Буйвол и нектарница, Болтливая жена, Барбовер Зелeная Борода, Барбаик Лохо и домовой, Бедный кузнец, Бедняк и богач, Бродяга и королева Амалька, Белая медведица, Барсук и улитка, Барсук и волшебный веер, Большой праздник белой лисы, Балабурда, Богач и Еремка, Бедняк и куса, Братья Уинжарнин, Банго а Мусунго, Безрукая, Бойкая невестка, Былинка, блоха и ком земли, Больной олень, Болотный кулик и охотник, Бережливость ли это?, Бык, осeл и петух, Богач и лентяй, Богатырь Нгэтхаун Лаун, Барсук и лиса, Бедный носильщик и жадный купец, Бекри-муйо, Белая лошадь, Больше умом, чем силою, Бей, не жалей, моя палочка!, Белый мышонок, Бедно, но не плохо, Божественные люди, Болезнь или мудрость, Бобренок и Паук, Брахман и оборотень, Брахман и брахмадайтья, Бедный брахман, Бхелуа, Буйвол, Бесхвостый шакал, Братья из Бакки, Бескрылый гусенок, Батыр Боран, Братья мыши, Баклан, Лиса и Суслик, Бедняк и ханская дочь, Белый тур, или отчего вершина Эльбруса раздвоена, Белый ягнeнок, Босхасан, Белка, рукавица и иголка, Брат и сестра, Бессмертный великий Шунь, Бог и сиротка, Бланкафлор, Бацулай и Кацулай, Башмачок Изагуры, Барин-лихоимец, Благодарные животные, Бедняк и лисица, Богатырь Кедровое зернышко, Базилик зелeный и царская дочь, Базилик Фэт-Фрумос и Иляна Косынзяна, сестра Солнца, Бадай придумал, чем жить, Бедный и богатый старик, Березовый сынок, Близнецы, Белый медведь и бурый медведь, Брат и сестра, Бурундук, кедровка и медведь, Бучугды и лиса, Бедняк и богач, Бедняк и богатый хан, Баран и заяц, Барс ищет супротивника, Барс, медведь и волк, Бедный мальчик-батрак, Бедняк и богатей, Бедняк и его жена, Бедняк и семь уаигов, Бедняк, волк и лиса, Бездомная собака, Богатырь Шперлэ, Бабкин козел, Богатырь Прысля и золотые яблоки, Богатырь, Была у зверей грамота, Богатый, да скупой - бедный, да щедрый, Братья, Братья, Бесстрашная Нжери, Блошка, Богатырь и птица Симург, Болтливая птичка, Белый заяц, Березовая девушка, Боралдай, Бехнане, Благодарная лиса, Батыры из племени чудь, Белка и черепаха, Богатый и бедный, Богатырь с кедровой речки, Большая беда, Брат и сестра, Бедняк Монокто, Белка и охотники, Белка, кукушка и лягушка, Бай и охотник, Батрак Торсых, Богатырь Гувалик и красавица Велевума, Барин и черт, Батыр и Чиге-хурсухал, Бедный Илюш, Богач и бедняк, Большой заяц, Большой Эше, Бык города Бюля, Битва птиц, Богатырь Мани и Хоглен, Баночка, Баш-Челик, Бедняк и Счастье, Бабушка Чачакан-Чачакан, Богач Боилыт и бедняк Берт-Эрь, Бычы-Бычехан и Лягляр-Бергесе, Баллада о конфете, Барабашка, или обещано большое вознаграждение, Божья коровка, Бишка, Бодливая корова, Белка, Бежала мышка..., Бессмертник, Безрыбья уха, Бенгальские огни, Бой на Калиновом мосту, Беляночка и Розочка, Белоснежка и Алоцветик, Братья Маугли, Берегите игрушки, Батрак, Болтунья, Бабочка, Белая шубка, Белочка-хлопотунья, Бобки, Бедняк и мудрая принцесса, Бедный юноша и мудрая королевна, Белокурая принцесса, Брайт, прелестный олень и кот, Белый олень, Болтуны, Быстрей, быстрей!, былина Святогор-богатырь, былина Илья Муромец и Соловей-разбойник, былина Илья Муромец и Калин-царь, былина Добрыня и Алёша, Братцы-вагончики и скорый поезд, Были страшилки, а стали смешинки!, Бибишка - славный дружок, Бей хвостом. Загадка солнечного дельфина, Бедный Гнедко, Березка и звезда, Бурливый Ручей и Шумливый Ручей, Божественные сказы земель славянских, Болтливая сорока, Большие и маленькие, Большой казан, Бедная женщина, Бумажная сказка, Блины - маленькие солнышки, Бронзовка-изумрудный жук, Богатство, Букверад и Схватка-Загадка, Баллада о Кольце Соломона, Бродящий цирк, Брат Буратино, Бермудский треугольник, Безголовый махараджа, Бурый мишка, чёрный нос, Боевой клич кота Микэ, Бог горы и рыба Окодзэ, Бедный сапожник, Благодарность лягушки, Бог грозы Сомбуцу, Бемби, Бац!, Блэки и Реджи, Больной лев, Бамбук о ста коленцах, Благодарный фазан, Белолбый конь, Бабушка и внук, Безымянный цветок, Белая Княжна, Буй-волк, Без кота и жизнь не та, Белая лань